Наконец до меня дошла очередь. >> Вот кого вы сегодня представляете? >> Что такое системная позиция? >> В некоторых вопросах есть разногласия какие-то. Да, >> естественно. Найдите какой-то общее. Но эти выборы были особенно интересны. >> Честно говоря, мечтаю о скучных выборах. >> Я в парламентских выборах, Алхаз, буду участвовать в любом случае. >> В каком округе? >> Вот вы сейчас ссылаетесь на закон. Вот всё тебе расскажи. Люди уделяют Абхазии намного больше внимания, чем это было. Это факт. Я хотел похвалить власть, вы мне не дали. Мы >> не будем тогда забегать вперёд. истории государственной настрой государственно ученический союз. >> Добрый вечер. А сегодня у нас в гостях председатель Абхазского народного движения, экс-кандидат в президенты республики Абхазия Адгур Ардзенба. Добрый вечер, Адгур Миральнович. >> Добрый вечер. Здравствуйте. >> Рады вас видеть в студии СрезП подкаста. >> Я тоже рад вас видеть. Спасибо за приглашение. >> Добро, Отгура Миранович. Мы, э-э, впервые ты в этой студии. Хотя у нас было давно в планах тебя снять. Наконец ты нашёл время. >> Наконец до меня дошла очередь. Да, да, да, да, да. Ну или в очереди, или тоже как-то звёзды сошлись. Ну, в любом случае, приветствуем тебя в этой студии и надеемся, как всегда, на откровенный разговор.

[тяжело вздыхает] Мне кажется, он будет интересным. >> Возможно. Но у нас по традиции с недавних пор мы обычно блиц задают в конце вопросы, мы решили это делать в начале. Ты можешь назвать одного абхазского политика, которого ты уважаешь, несмотря на внутренние разногласия, >> личные >> или личные разногласия. >> Я стараюсь с уважением относиться ко всем политикам, ко всем лидерам общественного мнения. И меня так учили, воспитывали, искать в людях хорошее. Поэтому я выделить кого-то одного, наверное, не имею права. У нас, несмотря на наши внутренние противоречия, которые у нас с 2004 года ярко выражены, у нас довольно конкурентная политическая среда. И в этой конкурентной среде за 20 с лишним лет проявили себя очень многие политики. старшего поколения и молодые. Сейчас вот очень много пришло людей, поэтому [фыркает] у каждого из них есть достоинство, недостатки, как и у меня, у самого. Поэтому я с уважением отношусь, стараюсь относиться ко всем политикам. Потому что, э, в большей степени, в большей степени, ну, во всяком случае, мне хочется верить, что люди идут в политику из патриотических чувств, из желания принести пользу обществу, потому что это довольно непростое дело. Это кажется, может быть, кому-то со стороны, пока ты сам не погрузишься в эти процессы. Это довольно непростое дело. Это отражается на близких, на членок семьи. Это восприятие твоих родных и близких в том числе той критики, которая всегда присутствует так или иначе в социальных сетях или открыто высказываются. Это непростое дело, и как минимум за это стоит уважать. >> Каким должен быть политический лидер в сегодняшней Абхазии, по вашему мнению? >> Смелым. >> Считаете ли себя таком? Ну, я сейчас о себе в третьем лице говорить не имею права, но, а-э, скажу так, там, где касается и касалось интересов нашего с вами народа, я никогда не прятался за спинами других людей, старался выражать открыто точку зрения. Э, и, как мне кажется, эта точка зрения, ээ, которую поддерживает большинство наших граждан. Особенно это вот в недавней нашей истории, когда это касалось таких критических вопросов, как вы помните, апартаменты, там разного рода антинародные инициативы, мы открыто и смело выражали свою точку зрения. Почему с о смелости можно говорить? Потому что я с большой благодарностью отношусь к нашим гражданам, ко всем, кто активно выражал своё мнение, потому как такого рода экономические вопросы, ээ, за ними, как правило, стоят определённые люди, определённые интересы. Соответственно, когда чьи-то экономические планы рушатся, за это спасибо никто не говорит. Поэтому вот противостоять такого рода инициативам или такого рода группам э заинтересованных лиц нужна определённая смелость. И наши граждане, и наш народ. Ээ ещё раз хочу сказать, я с большой благодарностью отношусь, мы не только внутри себя разобрались, но и всему миру показали, что не считаясь с интересами и вот коренными интересами абхазского народа, здесь никакие инициативы провести будет невозможно. Вам когда-нибудь было стыдно за свои либо поступки, либо слова в политике? Если да, то приведи пример. >> Ну, человек всегда должен относиться к себе критически, и это нормально. Ну, бывали моменты сейчас без деталей мне было опять же, когда ты уходишь вперёд, оглядываясь назад, иногда, конечно, ты даёшь себе оценку, когда таким резким словом приходилось там выступать с критикой. Э иногда это касалось людей, которые потом впоследствии проявляли себя довольно хорошо. И вот за это немножко, конечно, бывает самим перед собой стыдно. Потом я никогда никого не оставлял и всегда у меня, опять же говорю, меня так воспитывали, я всегда ээ найду в себе силы прийти, извиниться, сказать, что я сделал выводы в отношении того или иного человека, неправильны, поспешил, это нормально. Ну, опять же говорю, каждый человек должен, как мне кажется, относиться к себе критически. >> [фыркает] >> Тогда будет легче выстраивать отношения. А >> за последние полтора года, поствыборный период, думали ли вы уйти из политики навсегда? >> Ну, у каждого человека всегда есть сомнения. Кто будет говорить, что вот у него всё однозначно и так далее, я думаю, что человек ближе [фыркает] к тому, что он говорит неправду. всегда любого человека, особенно когда он сталкивается с серьёзными трудностями, а трудности, [тяжело вздыхает] которые касаются не только тебя, твоей семьи, твоих близких, твоих детей, конечно, всегда какие-то сомнения возникают, но человеческая жизнь наполнена вот этими сомнениями, борьбой в первую очередь внутри себя. Преодолевая вот эти сомнения, преодолевая все эти трудности, надо находить в себе силы и идти вперёд. Поэтому я сегодня здесь и никуда из абхазской политики я уходить не собираюсь. Ну, во всяком случае пока, потому что я вижу те проблемы, которые существуют. И у меня нет такой возможности сидеть и находиться где-то спокойно в стороне и не замечая того, что происходит. Я считаю, что та активная жизненная позиция, которую я, которой я придерживаюсь последние 15 лет, она будет продолжена в интересах наших граждан, в интересах нашей любимой с вами родины. Поэтому всё, будем продолжать. Закончив фразу, главная проблема, ну или угроза для Абхазии сегодня - это, ну, очень много проблем. Ну, основная проблема, на мой взгляд, [фыркает] хотя сейчас актуализировались другие вопросы, и я объясню, почему я так говорю. Это всё-таки система образования. Система образования - это главный приоритет, который должен сегодня в основу, во главу угла становиться. Да, сегодня в мире ситуация очень непростая. Оборона и безопасность выходит на первый план. И ряд других вопросов, конечно, они выходят. Но если э расширить горизонт и думать о перспективе там ближайших десятков лет, конечно, это образование, потому что система образования сегодня держится на добросовестном отношении педагогического состава, воспитателей, учителей, которые за мизерную зарплату выполняют свою работу. Но а на на голом энтузиазме Алхаз очень сложно. Я общаюсь с этими людьми. И министр просвещения э новый, она старается, у меня с ней было общение довольно, как скажем так, она подходит к этому делу с душой, но здесь нужна государственная политика. Приоритет номер один должно быть образование, наше количество, наши размеры. И если привести мировые примеры, вот до начала этого эфира мы с вами говорили про Израиль, да, >> размеры этого государства, количество населения этого государства и то влияние и, скажем так, политический вес этого государства несоизмеримо. Почему? Потому что они уделяли в своё время очень большое внимание образованию. В нашем случае мы можем быть конкурентноспособны и добиться каких-либо успехов только тогда, когда наша нация будет более образована, чем другие народы региона или там вот ближайшие там страны и так далее. Поэтому главная проблема, главный приоритет - это образование. Сегодняшний формат подкаста, он на самом деле нам позволяет максимально откровенно, ну, в определённых разумных пределах поговорить в свободной форме. А может быть, я буду озвучивать иногда какие-то наивные вопросы, ну, которые, как мне кажется, интересуют какую-то часть нашего общества. Вот. Э, ну, мне кажется, очевидно даже вот из блица, а, очевидный вопрос, который напрашивается одним из первых, можно его как инфоповод даже взять, да, всё-таки ваша активность политическая, а, раньше и сейчас она большую разницу имеет. То есть поствыборный период она заметно снизилась. Вот хочется спросить, а с чем это связано вообще? Э, вот вы сказали, что не собираетесь из политической жизни Абхазии уходить. Почему вот на полтора года вот такая низкая активность была и как дальше планируете э развиваться в этом отношении? >> Спасибо, Георгий. Ну, на самом деле, ээ есть ряд субъективных факторов, о которых я выше, скажем так, намекнул. Я не хочу ходить в подробности. Есть, а вопросы, которые человек должен решать сам, если есть какие-то проблемы, если есть какие-то препятствия и трудности. Я считаю, что ответственный политик не должен все эти проблемы делать проблемами своего народа. Есть вопросы, которые надо молча, с достоинством преодолевать и решать, особенно, когда это касается членов твоей семьи, родных, детей и так далее. Поэтому есть ряд субъективных факторов. И есть объективные факторы. Если вы возьмёте ретроспективу, Георгий, то при прошлом президенте Ослане Бжани, если вы возьмёте вот именно первый годполтора, у нас ээ не было такой активности, к сожалению. С 2004 года вот то, о чём я говорил выше, с Алхасом, у нас противостояние оппозиции власти в большей степени стоит с реакционный характер. То есть власть предпринимает какие-то шаги, часть общества реагирует. И вот таким образом у нас происходит системные работы. Вот как это принято там в ряде других стран, там вот теневое правительство или присутствие партии в парламенте, у нас как такой практики такой нет. Поэтому, если взять ретроспективу президентства Ослана Абджанина, первый период времени мы также дали возможность ему, э, собрать свою команду, начать работать, проявить себя. Но экс-президент, вы помните вот тот случай, когда в Абхазию инкогнито, потом это стало всё явным, привёз грузинских политиков, они приехали в наш храм илорский, подарили икону. это стало таким детонатором. Ээ потом ряд других инициатив одна за одной и по нарастающей активности. >> Ну то есть проявил себя, >> да, он довольно, как бы сказать, быстро проявил себя. А сегодня наша деятельность, она носит системный характер. За этот период времени проведено два съезда крупных ээ двух наших организаций, проведены круглые столы. по тем или иным ээ поводам и причинам делаются заявления. Идёт в районах активная работа с людьми. Вот я [фыркает] только сегодня вернулся там из одного из районов с утра у меня была встреча. Идёт подготовка к парламентским выборам, идёт процесс определённого диалога с властью. То есть это всё политическая работа. Более того, хочу вам сказать, что нет ни одного маломальски значимого вопроса, который происходит или происходил в течение этих полутора лет, о котором бы я не был в курсе или мы не реагировали на него в рамках своих возможностей. Естественно, они у нас ограничены. Поэтому на этом этапе она наша деятельность, она вот такая. Следующий этап, я уже сказал, мы готовимся к парламентским выборам, э, которые состоятся буквально уже через несколько месяцев, в начале следующего года. По целому ряду округов у нас уже определены кандидаты, которых мы будем поддерживать. По некоторым округам сейчас идут переговоры, но это такая рутинная работа. К сожалению, в нашем обществе некоторая часть наших граждан, она, а, определяет оппозицию слабой или её отсутствие только потому, что нет митингов. Вот когда происходят какие-то митинги, противостояния и так далее, они говорят: "Вот там, а, но, честно вам скажу, политическая деятельность или работа, она на 85% состоит из вот этой рутины, в хорошем смысле рутины, когда это работа на местах, общение и так далее, и так далее. А митинги, вот такие вот серьёзные мероприятия вообще хочется, конечно, избежать и вычеркнуть из нашей истории. Они происходят как вот реакция на какие-то вот такие вот вещи. Забегая вперёд, могу сказать, что власть сегодня м в какой-то степени, если сравнивать с тем, что было, да, в какой-то степени они стараются >> Ну, может не будем тогда забегать вперёд, давайте. Это отдельный у нас есть и там по по некоторым вопросам тоже есть. Да, вот сейчас тоже >> я хотел похвалить власть, вы мне не дали. дадим такую возможность, да. Вот мне просто вот вы сами, в принципе, я ещё не произнёс, если не ошибаюсь, слово оппозиция, да, вы сами сказали оппозиция, оппозиционная работа и так далее. Вот тоже, мне кажется, такой вопрос вы и сами озвучили, что в обществе, да, как-то оценку дают оппозиции и так далее. Вот кого вы сегодня представляете? Какую оппозицию? Да, я так понимаю, вы представляете оппозицию? Какую оппозицию вы представляете? Абхазское народное движение, какой-то блок оппозиционных сил или всю оппозицию, которая есть? Ну вот, во-первых, нужно понимать, Георгий, у нас вот в обществе, кстати, вот мы часто с этим сталкиваемся, с непониманием. А-э, у некоторых людей есть такое мнение, что вот все, кто против власти - это есть оппозиция, и они все должны быть объединены. Это не так нигде, ни в какой стране такого нет. Есть люди, которые априоры против власти, но они против власти по той или иной короткой причине. Есть системная позиция. Я, кстати, хотел бы вот я не знаю, я думаю, это все понимают, но ещё раз проговорить, что такое системная оппозиция в условиях абхазской политики. Вот я сегодня являюсь частью этой, э, системной оппозиции. У, а системная оппозиция в условиях Абхазии - это политические организации, которые непрерывно ведут свою политическую деятельность, а, и участвуют во всех политических циклах, то бишь парламентские выборы и президентские выборы. Если политическая сила не участвует в президентских выборах и в парламентских выборах, она не может считаться системной. То есть от случая к случаяв и там создавать организации, состоящих из трёх человек, и делать заявления. И, ну, у каждого свой путь. Я никого не обсуждаю, но это работа другого порядка. >> В моём случае я являюсь частью не только этих политических организаций, пяти-шести, которые находятся в Союзе. Я являюсь частью один из большого количества людей, которые, а, считают, что путь Владислава Арзенба - это приоритет, это независимое государство, любовь к родине и так далее, и так далее. и в том числе э-э сохранение тех заложенных э-э механизмов, защитных механизмов при Владиславе Григорьевиче, в том числе и по недвижимости, по апартамен Вот, ээ, я являюсь частью этого сообщества большого, которое выходит далеко за рамки там нескольких организаци. >> Ну, это, мне кажется, тут речь не опозиции, не о какой-то такой категории. Это всё-таки, ну, большинство населения у нас поддерживают, естественно, путь Владислава, путь независимости. Поэтому я сказал уточ уточняю ещё я являюсь частью этого общества. Я не представляю единолично вот как вот на себя некоторые политики имеют привычку, значит, >> застолбить, да, что, >> да, что-то там на себя такое сказать. Себя назвать можно кем угодно. >> Угу. >> Вопрос >> главное очень как кем тебя назовёт народ. >> Вопрос в том, какое количество людей за тобой пойдут. Ну и не это главное. Главное, куда ты этих людей ведёшь и к чему собираешься привести. Это очень важно. Всегда важно понимать, что в политике должно быть минимум субъективного от того, что какие-то вопросы возникают, у всех политиков возникают проблемы. Ну это нормально, когда идёт противостояние. Ну всё зависит от там степени там возможности тех или иных политиков. Но тем не менее нельзя вовлекать свой народ ээ в процессы, которые в перспективе приведут к ещё большим проблемам. Поэтому, э, когда ты занимаешься политикой, нужно быть максимально ответственным. Я думаю, вот вот этого, кстати, и многим нам и не хватает. Это не обязательно относить к к оппозиции или к власти. У нас, честно говоря, там больше одиннадцати разных организаций в Абхазии, более-менее активных. И на том или ином этапе, я думаю, что все друг другу могут что-то там предъявить. А вообще, если, э, возвращаться к тому, что сейчас происходит вокруг нас, я до этого уже говорил, Георгий, и Алхас, как ветеран войны, прекрасно знает, время крайне нестабильное, опасное время. В этом времени нам, я уже неоднократно говорил и хочу здесь даже чучуть немножко с критикой выступить. Я вижу, что не совсем до конца люди, которые уполномочены эти вопросы решать, они понимают, о чём я говорю. И не только я об этом говорю. Не может быть так, что вся планета вокруг нас, Земля горит, а мы будем сидеть, и вот это курортное мышление будет преобладать, и с нами ничего не произойдёт. Но это такого не бывало в истории. Абхазия находится в таком месте, когда возьмите развал Советского Союза, позмите революцию в России, первую мировую войну, Вторую ми Абхазия никогда это вот мы находимся географически в таком месте, что мимо нас никогда это не проходило. И в этих условиях, если есть какие-то романтики или супероптимисты, которые считают, что это нас не коснётся, я им завидую. Но в этих условиях, Георгий, мы должны проявить максимум терпимости друг другу, сохранить стабильность и озадачиться вопросами обороны и безопасности в первую очередь, потому [фыркает] что часть грузинского общества, часть грузинского эстблишмента политического крайне агрессивно в отношении нас настроена, и мы не знаем, что будет завтра. Вот. И всегда в политике, особенно в государственной ээ работе, государственник должен исходить из худшего сценария. Вот что будет завтра война. Я не говорю, что она будет, и не дай бог, чтобы она была, но войны точно будет не будет, если мы будем к ней хорошо готовы. Об этом сейчас надо думать, оставить свои амбиции и заниматься делом. Я, к большому сожалению, могу в этой студии совершенно ответственно сказать, что вот такого осознания и понимания сегодня нет. там, где оно должно быть.

[фыркает] Люди, которые за это ответственны, они по-другому к этому подходят. И это упущенное время, не дай бог, может оукнуться. Мы войну не проиграем. Мы защитим свою родину. Я сейчас говорю не про то, что кто победит или кто проиграет. Я говорю о том, что нам нужно подготовиться. >> Вот буквально 3 месяца назад, три иличе месяца назад вы давали интервью Иналу Хашик. >> Да. >> Да. И там вы как раз тоже схожее мнение. Вы сказали, что нам надо сейчас всем объединиться, да, в вопросе безопасности. Вы сказали, что вы по этому, в частности, вопросу на связи с президентом общаетесь, то, что у него есть понимание такое, >> то, что я сейчас, я не погружён в эту ситуацию, но я вижу, что есть определённые какие-то действия, проводится учения, проводится есть новости, по крайней мере, от какой-то модернизации а военных сил, а, да, вот есть какие-то подвижки. Я как понял, даже исходя из этого интервью, что как будто бы в этом вопросе есть э взаимопонимание у власти. Обще >> этого недостаточно, Георгий. Есть подвижки, есть учения, есть декоративные какие-то вещи. Этого недостаточно. Я же выше сказал, что мы войну не проиграем. Просто нужно быть настолько готовыми, чтобы вообще этой войны не было. Это первое. Но в случае, если она, не дай бог, начнётся, а то мы должны минимизировать количество жертв. >> Хорошо. И мы знаем, что как обстоят дела сейчас. Да, мы знаем, чего нам надо добиться. Но у меня совершенно конкретный вопрос. Давай представим, какую ситуацию. Да, >> отгурадзом бы президент. Твои действия конкретные. >> Ну, я уже неоднократно об этом говорил. >> Нет, сейчас я хочу в этой студии в этом услышать. Я сделаю вот это, я сделаю вот это, я сделаю вот это. >> Первый, смотри, первый приоритет - это мобилизационная подготовка. любой гражданин Абхазии призывного возраста, вот когда объявят всеобщую мобилизацию, а без неё у нас в Абхазии невозможно будет воевать. Вот все люди, которые от восемнадцати и выше попадают под эту мобилизацию, каждый мужчина должен знать, что ему делать в случае начала войны. Вот пока вот этого состояния мы не достигнем, вопрос всеобщей мобилизации надо поставить во главу угла. Это первое. Второе. связь. Третье - это продовольственная безопасность, транспорт и много других вытекающих вопросов, да, в вопросах связи, транспорта, каких-то там противоракетных и иных там, сейчас не буду уходить в подробности, мы куда-то сейчас двигаться начали за последнее время. Но надо понимать, что ни одна техника, куда нога солдата не ступила, там никогда победы не будет. Ты как ветеран это знаешь. Ну, ты несколько раз повторил, э, что я ветеран, но я тебе хочу сказать следующее. Моё мироощущение, [фыркает] а когда чело человек проходит подобный и неважно, это абхазский ветеран, ещё какой-либо ветеран, те люди, которые против нас воевали, у тебя два выбора. Либо ты, для тебя человеческая жизнь становится абсолютно ээ бесценной, либо она для тебя ничего не стоит. И я думаю, что подавляющее количество ветеранов, которые были моего возраста, у которых появились дети, внуки, это и с той стороны, я тоже уверен, такая же ситуация, что эту жизнь они постараются сберечь. И я считаю, что благоразумие должно вострежествовать. Посмотри, в основном отправляют в бой те, которые не знают, что это такое. Каждый раз за эти 30 лет, когда появлялся новый конфликт, я сидел, брался за голову и говорил: "Вы ещё не знаете, что дальше будет". Я вот не хочу повторения этого. >> И вся надежда, мне кажется, что основная, главная черта политик - это смотреть за горизонт. Ты вот сейчас ключевую вещь сказал, Хасбя перебил. Извини, ты ветеран войны. И ветераны войны, они знают, что такое война. А вот сейчас народилось новое поколение в Грузии. Оголтелые. Мы видим их в социальных сетях, мы видим их на проте, которые не знают, что такое война. Порохани нюхавший, и им кажется, что это такая, знаешь, лёгкая прогулка и так далее, и так далее. Есть риск того, что вот эта группа активная, радикальная часть грузинской политической жизни, она, скажем так, может возобладать. Но есть же такой риск, есть. И более того, внутри Грузии такие силы есть. И извне, мы же прекрасно понимаем, что огромное количество разных сил, которые будут стараться вовлечь Грузию в это. Естественно, в Грузии есть много мудрых людей, мы это видим. Ну кто хочет войны? В конце концов, и грузины должны понять. Слушайте, ну сколько можно находиться [фыркает] вот смотреть друг на друга через прицел ээ автомата. Но нам нужно прийти к какому-то пониманию, ну сколько можно, сколько поколений мы будем жить. Так, а во-первых, мы экономически теряем и Грузия. Абхазия, мы все теряем. Вот вы представьте себе, вот грузины сейчас нацелены на Евросоюз, там хотят вот стать частью этого европейского сообщества. Ну вот ты, допустим, приезжаешь на юг Франции, садишься, берёшь в аренду автомобиль, едешь по лазурному берегу в попадаешь в Италию и не замечаешь даже границ. попадаешь дальше, можешь подняться наверх туда выше через в Швейцарию. То есть и любой турист приезжает с удовольствием, потому что он за один приезд может посетить несколько стран, ознакомиться с разными культурами. А представьте себе такую картину, когда бы турист приезжал бы, допустим, в аэропорт Сочи, садился бы в автомобиль, приехал в Абхазию, через Абхазию поехал в Грузию. И так вы по берегу Чёрного моря. Почему мы здесь, в Абхазии, в Грузии, там, в России, мы не можем между собой все договориться и жить нормально, по-человечески? Ведь все от этого выиграют. Мы должны понять и грузины, и мы, и грузины в первую очередь, что, а, надо вот эта субъектность политическую это не просто слова, нужно понимать, что, ну, хватит быть инструментом в чужих руках. Мы должны сами определить свою судьбу. Поэтому и грузинские политики, я уже говорил до этого в интервью, что грузинские политики довольно молодые сегодня. Они наши ровесники, их дети, и наши дети тоже ровесники. Неужели они хотят, чтобы наши дети столкнулись с оружием в руках друг с другом? И когда я говорю, что нам нужно готовиться к войне и так далее, оже не не потому, что я хочу этой войны, когда ты слабый это приглашение, понимаешь, это всегда соблазн. Есть тоже такое мнение сейчас, раз уж мы уже про Грузию говорим, а что вот такие как раз-то утверждения даже вот с моих уст тоже, что такое звучало, хотя я вот придерживаюсь той позиции, что надо не допустить вообще начало этой вероятности, чтобы она произошла, что даже такие утверждения, вот они выглядят как-то алармистски, да, воспринимаются как какой-то такой враждебный настрой, да, показывает, особенно это, когда от политиков идёт. И вот на фоне того, что сейчас ну так все мы слышим о неком каком-то это потеплении, да, в отношениях Грузии и России. Есть какие-то сигналы с грузинской стороны какие-то неформальные, да, тоже в отношении Абхазии происходят. Вот как мы должны, как политики абхазские должны вот на это реагировать? Должны ли тоже какие-то сигналы отправлять? Да. И говорят о каком-то вероятном. Для начала надо понимать, есть запрос в народе на это >> у Абхаского. >> Слушайте, ну войны точно никто не хочет. И я, и вы в том числе. Ну никто войны не хочет, потому что мы все прекрасно помним, что такое война. Мы были детьми, вы воевали, но мы не хотим повторять. Э запрос на то, чтобы урегулировать этот долгосрочный затянувшийся конфликт с Грузией, в Абхазии есть. Но Грузия должна понимать, что есть реальность, есть независимое абхазское государство. И от этой реальности отказаться в Абхази. >> Вот есть сейчас обсуждается широко в сети высказывания грузинского политика Гварамия, да, если не ошибаюсь, да, Ника Гварамия. Вот он предлагает некий мирный план. Ну, у меня есть его цитата. В итоге-то он хочет того же самого, по сути. Он просто хочет без войны, но возвращение от Азии. И он предлагает, и он настолько уверен, здесь его цитату я выписал из одного интервью последнего. Я просто уверен, что Абхазы не откажутся от паспорта Евросоюза, не откажутся от такого большого экономического проекта и очень большой прибыли и не откажутся от гарантии безопасности от Евросоюза и развития абхазского этноса и культуры. >> Ну вот >> но в плане вот в плане государственности, мирового признания у Абхазии нет никаких перспектив. Это его слова. >> Ну вот пока будет такая позиция, мы двига Ну с другой стороны, вот есть же примеры, допустим, Северный Кипр, да? Ну, Греция же не признаёт. Не признаёт. Но тем не менее аэропорт там работает, международные банки там присутствуют, бизнес присутствует. Есть пример Косово. То есть нам не обязательно. Я всё >> Приднестровье, >> да. Я часто привожу Георгию этот пример. Вот знаете, когда ребёнку, школьнику дают контрольное задание, там 10 вопросов, и у него есть время час решить, и вот он не знает ответ на первый вопрос. И вот всё своё время он тратит, вместо того, чтобы переключиться на другие вопросы, решить то, что он может, а потом уже вернуться к этому. >> Вот поэтому у нас же есть масса вопросов. Грузины стремятся в Европейский Союз, соответственно, вот эти европейские, так называемые, ценности они разделяют. Объясняю тогда, а в чём они разделяют эти ценности, если наших детей маленьких, которые ездят на разные соревнования, вот по шахматам я люблю шахматы, всячески стараюсь помогать этому сообществу. детишек, которые выезжают под нашим флагом, грузинские дипломатические там силы пытаются тормозить, но это настолько, ну, я не знаю, каким словом это, какое прилагательное здесь применить, но целый, представляешь, дипломат, наверное, он учился где-то ещё этому делу, вот сидит маленьких детей ограничивает шахматов, и потом он докладывает, что он там эффективный какой-то. Но это же смешно. Поэтому есть вот вещи, которые нужно здесь и сегодня решать. Их можно решать? Почему нет? Вот о транзите сейчас много говорят, >> да? Вот, может, как это некий посыл будет, да? Какая-то ваша позиция, что можно с Грузи? >> Давайте обсуждать транзит. Я всегда выступал за Давайте, пускай будет транзит через Груди, через Вы поймите, ведь не только мы, и Грузия тоже это как транспортный тупик, >> да? >> Да. И мы в ту сторону не можем, и они в эту сторону не могут. Ну давайте сядем и посчитаем. Я экономист. Пускай любой экономист из Грузии выйдет на связи, а готов сесть. Давайте посчитаем, что выиграет Грузия и Абхазия от транзита через наши две страны в сторону >> без признания, я так понимаю, да? То есть какие-то экономические отношения. >> Мы мы как государство на своей территории, вот это от одной реки до второй, это наша территория. По нашему закону все грузы будут перемещаться, они соответственным образом будут оформляться и двигаться дальше. Есть специальное транзитное законодательство международное, есть у нас в таможенном кодексе отдельные пункты, которые ээ как раз регулирует эту деятельность. У нас всё прозрачно. Мы обсуждаем такой национального масштаба вопрос очень важный, да, отношения с Грузией. И а вот вы сейчас выражаете мнение э вот даже если убрать оппозицию власть, и это мнение кто-то будет критиковать, то есть у нас очень сложный этот вопрос отношения с Грузией. И в таких вопросах, и не только в таких, вопрос безопасности, вопросы отношений с Грузией, ещё какие-то вопросы, а чтобы их решить, нашему обществу нужна, как мне кажется, какая-то консолидация. То есть это наднациональные вопросы, в котором должна быть консолидация, должно быть понимание, не должно быть каких-то там субъективных факторов и так далее. Вот. Теперь хочу подвести к вашим отношениям с действующей властью, с президентом Бадра Гумба. Как у вас выстраиваются отношения в последне, >> да, есть ли они вообще? Какой диалог есть? А я сейчас накидаю там, да, в кучу вопросов, вы как-то сформулируете. Есть инициатива по созданию консультационного консультативного совета с участием представителей оппозиции. Как вы эту инициативу прокомментируете? А и возможно ли на сегодняшний момент консолидация абхазского общества в решении вот таких глобальных вопросов? >> Ну, Георгий, мы со своей стороны, если вы обращали внимание, мы всегда после выборов, несмотря на то, как прошли выборы, мы не стали их оспаривать у опять же в интересах нашего народа. Вот и мы с первого дня высказывали и высказываем мнение о том, что мы готовы помогать с Батрой Гунба. У нас, если говорить обо мне конкретно, у нас рабочие отношения. Вот есть вопросы, по которым мы контактируем. Я хочу вам напомнить или проинформировать для тех, кто не знает, у нас до сих пор большое количество граждан наших. А как это назвать каким словом, не знаю, чтобы никого не обидеть, но вот при пересечении государственной границы по реке ПСО подвергаются определённым каким-то допросам, вопросам, задержкам. А большое количество граждан, а некоторая часть наших граждан ещё с выборов двадцать пятого года находится под следствием за пределами Абхазии. и там по каким-то причинам якобы кто-то кого-то запугивал и так далее. Это все темы, которые мы стараемся решать, потому что это напрямую влияет на наши отношения. >> А власть задействована в этих каких-то? >> Ну вот мы пытаемся это решать. Где-то у нас что-то получается. >> Это действующая власть такие действия предприняла? >> Нет, это всё осталось у нас после выборов. Я не знаю, какая какая какая власть это предприняла, но по факту мы имеем вот это. Угу. Если [откашливается] мы там полгода, год назад мы могли говорить, что это там наследство экс-президента, там выборы, горячая фаза, но уже полтора года прошло, за это время можно было разобраться, отделить семена и так далее. Есть же какие-то известное выражение. Можно было уже давно всё перевести с русского на русский язык, но этот процесс не очень динамично идёт. И это хочу вам сказать, что нам всем плюсом не добавляет. Кстати, хочу вам сказать, что это не всегда происходит, вот я отдельную ремарку должен сделать. Не всегда происходит по какому-то злому умыслу, такой системной такой работе плохой, да? Это иногда, знаете, как происходит? Техническая недоработка каких-то там людей, которые должны взять на себя ответственность, сообщить, там вот этот человек там поставлен на учёт, потому что потом надо сесть. Кстати, вот новый посол у нас появился в Абхазии. Довольно активно вот присутствует в информационном пространстве. Кстати, вот он может взять на себя этот вопрос. Это достаточно его полномочий, чтобы запросить ээ в пограну управления ФСБ России список всех граждан Абхазии, одновременной России, которые там вот по тем или иным причинам. И пускай он возьмёт на себя инициативу и почистит этот список, и люди только спасибо за это ему скажут. >> Вы с ним знакомы лично? >> Нет, >> не бодилось. >> Ну хорошо, подытожить этот вопрос. Это на связи с президентом. Ты в частных беседах об именно по этой проблематике ты видишь его желание ви? >> Я постоянно я постоянно [откашливается] это говорю. Желание вижу, что-то решается, но, >> ну, есть примеры там тот же Инал Хашик, человек был инагентом, он перестал быть инагентом. Вараскучба выдаёт концерты сегодня в России. Ну, есть ещё, да, какие-то конечно, >> Георгий, вообще сам факт, что мы это обсуждаем, уже неправильный. >> Почему? Ну, потому что так не должно быть из-за политических процессов, происходящих в одном государстве, >> наказывать в другом государстве, нуно это неправильно. Это первое. Второе, что касается ряда там каких-то инициатив. Есть инициативы, с которыми мы не согласны, мы это говорим открыто. >> Например, >> ну вот, например, вот сейчас идут споры по поводу вот сегрегации по [фыркает] этническому признаку сдавать абхазский язык, не сдавать абхазский язык. Кстати, твоё отношение к этому? >> Да, я не разделяю эту точку зрения. Я считаю, что, ну, во-первых, давайте вот, знаете, как вот отдельно уберём этот вопрос и все остальные там ещё куча вопросов. >> А менять правила игры, так называемые, за несколько месяцев до выборов, ну, это уже неправильно. Это уже характеризует всю политическую систему довольно непоследовательной и несистемной. Это первое. Второе, у нас по конституции три ветви власти. Что касается абхазского языка, прошлый созыв парламента 5 лет назад такую э норму принял. То есть сама законодательная ведь власти сама себя отрегулировала таким образом, что следующий созыв э придёт и он должен владеть абхазским языком. Опять же, здесь же нет позиции кого-то ограничить, да, насколько я понимаю. Есть депутаты парламента, Георгий, вне зависимости от национальности, которые уже ни один созыв находится в парламенте, одного предложения поабхазски не знают и не стремятся его знать. Честно говоря, вокруг вот этого вопроса >> очень много эмоций, >> очень много эмоций и популизм там появился. Хотя на на мой взгляд, там все решения уже приняты 5 лет назад. Сейчас нужно было просто технически там отрегулировать. И из вот этого получился целый такой >> просто на самом деле вопрос он политизируется. Да, >> хотя этот вопрос он вообще один из самых главных для нашего этноса в целом для нашего государства и для его решения, на мой взгляд. Я просто своё мнение скажу. Я человек, который с детства не знал язык. Я до какого-то момента выучил. И мне государство в этом не помогло практически вообще никак. И вот, допустим, если взять депутатов, если взять депутатов не такое богато делает, что может это государство. Не надо от государства. Вопрос в том, что если человек прошёл, допустим, войну без, я вообще не сейчас говорю об абстрактном человеке, прошёл войну, имеет какие-то, допустим, заслуги перед культурой, наукой, я не знаю, ещё что-то, какой-то блестящий экономист и так далее, но у него нет способности, допустим, в 50 лет или в 60 лет выучить язык. >> Хорошо. У него нет возможности одно предложение выучить. >> Нет, мы сейчас не об одном же предложении. >> Ну, если человек даже одно предложение за три созывает, это о чём говорит? Я же не говорю вот взять и поставить жёсткие критерии. Вот, допустим, когда вот нас, кандидатов в президенты, у нас был экзамен, э, очень такой жёсткий был экзамен, хотя там не буду комментировать, стояло несколько камер, ээ, журналисты присутствовали, я так сдавал их, я не знаю, как другие сдавали, но >> я же не говорю кандидатам в депутаты надо сделать точно такие жёсткие условия и так далее. Можно в рамках ЦИК сделать определённые какие-то послабления тем или иным этническим группам. Но вопрос не вопрос не в этом. Георгий >> мы хотим видеть >> желание людей стремление да вот тогда >> стремление >> вот мы шаг за шагом будем двигаться. Просто чего не хватает. Мы хотим видеть стремление, но просто на мой взгляд государство не какую-то власть я отдельно сейчас выделяю. Это было принято решение при прошлой власти, да? Сейчас и уже другая власть. До этого была ещё другая власть, но это системный вопрос. Одного закона, одного закона принять. >> Вот здесь про Израиль говорили, что-то мы много сегодня про Израиль говорим. А что сделало государство израильское, что был израильский иврит появился? Что-то сделало, судя по тому, что он возродился, они как минимум новый алфавит сделали, но новый язык по сути создали. Это же не само. Началось всё с инициативы опреденных людей. Вот так дома, на кухне и так далее всё это происходило. Вы думаете, что государство, слушайте, у нас государство все критикуют, у нас государство не такое сильное, как бы нам хотелось сегодня. И >> оно делает курсы по абхазскому языку - это не что-то нереальное. Согласитесь, если мы делаем закон, принимаем, мы должны заложить в закон этот какие-то механизмы, которые должны его это как платная дорога. Есть платная дорога, и ты обязан сделать дублёр бесплатный. Вот если как бы выбираешь, если ты туда идёшь, >> можно и такой пример, но к тому, что я говорю просто закон недостаточно. Должна быть системная работа, которой ну нету. То есть должно быть всеобъемлющий подход. >> Мы говорили о том, что вы представляете сегодня, да, определённую часть оппозиции, а, да, блок такой, несколько организаций. А одно наблюдение, которое я заметил, а вот выходит, когда заявление, да, от вашего блока, да, на некоторых заявлениях не все подписи присутствуют. То есть как я понимаю, что в некоторых вопросах есть разногласия какие-то, да, >> естественно. >> Да. Вот, ээ, может быть, расскажете, как как вот ваш блок оппозиции что сегодня из себя представляет и как аа вы можете прокомментировать риторику другой части оппозиции, к которой вы не относитесь. >> Ну, что касается того, тех или иных организаций, которые иногда попадают и выпадают, ну, по разным причинам происходит. В том числе, к сожалению, не все способны в разных ситуациях критически держать строй. Это тоже часть политической жизни. Держать строй - это иногда >> у вас не авторитарная система, да? >> Тяжеловато некоторым приходится. Иногда ээ очень грубо прозвучит. Иногда даже надо сделать так, что как будто и корабль тонет. Да, вы знаете, дальше что происходит, [откашливается] когда ты делаешь вид, что корабль твой тонет. иногда, э, некоторые как бы товарищи, это тоже процесс политической жизни, но >> аэ в большинстве случаев это связано с тем, что есть разные мнения, и у нас никакого авторитаризма нет. У нас демократическое общество, те или иные организации по-разному смотрят на те или иные вопросы. Это, кстати, очень хорошо, потому что [вздыхает] когда всё решает один человек, это не всегда приводит к хорошему результату. А там что касается там высказываний другой части оппозиции или там других критически настроенных людей, они настроены там давать какие-то замечания, критику. Люди делают свою работу так, как видят, так, как считают нужным. В разных обстоятельствах даже можно сказать, что какие времена, такие герои, да. Поэтому ээ разное происходит. Георгий, здесь когда ты занимаешься этой общественной политической деятельностью, если взять ретроспективу, [фыркает] мы противостояли экс-президенту, и я старался объединить всех, всех, потому что мы противостояли очень серьёзной силе, не только внутри Абхазии, но и за пределами. Потом, когда пришёл следующий этап, президентские выборы, если вы помните, не все те, кто принимал участие в этих протестах, участвовали в президентских выборах рядом с нами. Это тоже нормально. У каждого своя дорога, свой путь. И сейчас тоже определённый этап. Но это не говорит о том, что все эти силы не будут объединены ээ при возникновении какой-то очередной угрозы нашей >> нашей государственности. >> Я хочу просто напомнить тем, кто сегодня мы же читаем разные паблики, имеем тоже возможность читать некие аналитические записки, которые ходят там по разным кабинетам. Вот оппозиция, там раскол и так далее, слабая оппозиция. Это то же самое мы читали, слышали, когда был экс-президент буквально за несколько месяцев. Ээ вот в августе я помню у меня была одна встреча -э с экс-президентом. Я пытался до него донести, что ситуация крайне нехорошая. Я просто посоветовал ему убрать этот вопрос из повестки парламента и выйти на выборы с этой повесткой. Потом я ещё публично обратился, >> на что, честно говоря, я получил такую реакцию, даже немножко удивлённую том, что как бы настолько у него всё хорошо и >> да поэтому недооценивать недооценивать вот то, о чём сказал здесь выше Алхаз, я бы никому не советовал. >> Открою маленький секрет для аудитории. Вот. Ну, с твоего позволения, я помню, [фыркает] когда вот эти вот события только нарастали, ещё не было таких предпосылок, что да, было недовольство, да, люди собирались, да, ну, мы с тобой сидели в кафе, пили кофе, и я тебе говорили именно на эту тему, на, а, на тему беспорядков, на тему революции этот вот сейчас не хочу давать термины по произошедшему, да, ну, произошло то, что произошло, да, на самом деле это священное право народа. Если власть заносит, короче, и нету никаких законодательных механизмов предотвратить это, то, как говорят исландцы - это священное право народа. Но ты тогда резко против выступал подобного сценария развития. И это хорошо по >> Да. И ты помнишь прекрасно, какой критике я подвергался, в том числе внутри оппозиционной среды. Я и сейчас против Алха. И ты говорил, ты говорил, слушай, те, говорит, я вижу, ты мне говорил сам лично, что я, говорит, вижу, что это я не хочу такого развития. >> Ну а что в этом хорошего? Что в этом хорошего? Что по всем на мировым новостям показывает, что, >> ну почему у на, да, у нас происходит одна и та же вещь, да? Ну доста, нас не так много. И когда начинают говорить о каком-то гражданском [откашливается] противостоянии в Абхазии, я в это не верю, потому что одни и те же люди приходят к этим. >> А что происходит? Алхаз. Оппозиция, она становится модератором этих событий. Там не стоит две гражданские толпы, которые друг на друга там с дриколем лезет, да? А там приходят люди, стоят достаточно вялые силовики. Наши силовики не подарки, если что. Там ребята крепкие, мотивированые, всё, ветераны войны. Ну просто видно, когда они не правы, они хотят защищать. Если ты, мы говорим это масштабах мира где-то, да, там силовые ведомства, а у нас каждый персонифицирован, у нас каждый там сотрудник имеет имя, фамилия, отчество, это, и поэтому люди так вялые, поэтому происходит то, что происходит. И вот мне хочется понять, почему у нас у нас произошло подряд все президенты уходили именно в таком порядке, и мы не можем договориться внутри общества. Ну не наступайте на свои же грабли. Что случилось? Ну я сейчас это не к тебе обращаюсь, это мои размышления. Ну найдите какой-то Вы там лидер оппозиции есть, да, там вас немало есть действующая власть, которая если вдруг станет оппозицией, там тоже будет куча оппози, знаешь, лидеров этой же оппозиции. Но найдите какой-то общий язык. Вот. Да, это как должен быть посыл в общество, потому что общество самому нас достало, а времена-то не те. Так мы об этом и говорим, ол. Но для того, чтобы всё это консолидировать, нужны реальные шаги, реальные поступки и действия, смелые шаги. как с одной, так и с другой стороны. >> И консолидироваться надо не вокруг должностей, а конкретной программы приоритетов сохранения нас. Я делал, буду делать всё для того, чтобы консолидировать абхазские народы. А у нас, знаешь, в чём проблема? Я вот вижу эту проблему. Когда человек попадает в кабинет президента, вокруг него всегда образовывается определённое кольцо. Как правило, это как та лошадь, которая вот они всегда одни и те же плюс-минус. И всегда есть соблазн, грубо скажу, порулить самому. Вот такое ощущение возникает, что там вот оппозиции нет, никого нет, всё более чем вот давай мы будем, значит, здесь >> вот эту от этой иллюзии, это очень, ну, воля нужна политическая, э, смелость нужна перешагнуть, в том числе через свои какие-то, >> это тоже ещё человечески человеческие качества, там людей начинают заносить там на патрон больше, на на снаряд больше и начинается. как вы любите в прошлом периоде. >> Ну а что делать? Если ты не знаешь прошлое, оно повторится. >> Мы знаем прошлое. Сегодня есть э >> есть потенциал для того, чтобы всё-таки выпрямить ситуацию, [вздыхает][тяжело вздыхает] а у нас >> консолидировать общество вокруг чего. >> Скажу так, есть опасности, которые президент Гунба из того общения, которое у меня с ним есть, осознаёт так же, как и я. То есть мы одинаково смотрим на эти опасности и угрозы, которые вокруг нашего государства. А это один из таких важных элементов платформа, на которой мы можем консолидироваться. Есть вопросы, которые в развитие, да, там оборона и безопасность и так далее, и так далее. Здесь мы можем вместе двигаться, мы можем общаться. У нас, скажем так, пока ещё до сегодняшнего дня нет взаимной конфронтационной повестки. >> Угу. >> Это ещё говорит о том, что есть пока это окно возможности открыто. Вот я, выступая у нашего уважаемого журналиста Инала Хашик, сказал, что парламентские выборы, эти парламентские выборы, они имеют большее значение, нежели другие, которые были до этого, потому что время крайне сложное и очень опасное. Мы не знаем, с какими вызовами мы столкнёмся буквально там через какие-то, [вздыхает][тяжело вздыхает] а, пару месяцев, может быть, и позже. И правильно было бы в этих условиях и власти, и оппозиции, всем как бы собраться и выбрать такой парламент, сесть и поговорить, да, о том, что давайте мы не будем из парламентских выборов устраивать очередное вот это соревнование между собой. Но, к сожалению, пока вот и из контактов, и с Бадрой Гунба, и вообще с другими представителями власти, я пока такой вот такого отношения к этому вопросу не вижу. Соответственно, а-э, что мы можем прогнозировать с вами, если мы подходим к парламентским выборам в таком разобранном состоянии, аа, в такой соревновательной атмосфере, где уже, как объективно говоря, мы здесь на политическом поле не одни, в любом случае найдутся там люди разные, там политические технологи, которые захотят освоить опять бюджеты какие-то и так далее. Дополнительный такой катализатор напряжённости. Вполне [фыркает] вероятно, что предстоящие парламентские выборы выльются в очень серьёзный политический кризис. >> Поправки по иностранному вмешательству были же приняты, если не ошибаюсь. >> Ну, дай бог, чтобы всё было похоже. >> Вообще это поправки, знаете, как вот мы, ну, а что, до поправок можно было делать то, что происходило, что ли, по закону? А что, силовые структуры не знали, где кто чем занимается, что ли? А или специальные службы об этом не знали, или им нужна была отдельная поправка. Мы же не можем каждый каждую неделю принимать новые законы с именами, фамилиями тех. То есть это ответственность силовых структур. Кстати, вот это происшествие, что произошло, оно довольно некрасивое, плохое происшествие с политтехнологами. Но кто в этом виноват? В центре города развёрнутая деятельность иностранных граждан, которые занимаются конкретно выборами местные органы самоуправления. В итоге, когда возник конфликт с нашими гражданами, что самое некрасивое, да, вот для меня лично, как для Абхаза, что ни один гражданин Абхазии не пришёл и не сказал, что эти ребята >> на себя ответственность наши гости, да, если они ошиблись, это наша ошибка, не надо к ним предъявлять претензии, это наша ответственность. Ни один не пришёл. Это очень некрасиво, понимаете? Ребята приехали, они делали работу так, как они знают, умеют. привыкли. Я не знаю, где, где они обучались этому. Я их не оправдываю, но поставили >> их сюда кто-то привёз, кто-то встретил, кто-то нашёл это помещение, правильно? И а где были эти люди? Поэтому, чтобы вот такого не происходило, есть специальные службы, правоохранительные органы, они должны реагировать на эти вещи, сигналы публичные. И вот во что это вылилось. Целый скандал, целая проблема, которую вот до сегодняшнего дня решить не мы не можем. Что в этом хорошего? уголовные дела и так далее. >> Я вот хочу, помимо вашего взаимодействия в оппозиционной среде, да, хочу поинтересоваться, как у вас вообще выстраиваются отношения с другими и есть ли вообще какие-то отношения с другими политическими силами, политическими организациями, общественными организациями. за полтора года, вот тоже прошедшию после выборов, наблюдается некая тенденция по где-то обновление происходит, где-то новые организации появляются, там, не знаю, Апсурымч, Народная сила, а, обновилась молодёжное движение, Молодая Абхазия, сменяются лидеры, например, там в Единой Абхазии, какие-то круглые стылы происходят, в которых и ваши представители принимают участие. Вот как в целом строится ваша работа? Есть ли какое-то взаимодействие с другими представителями политического спектра? >> Естественно, мы все контактируем между собой. И вот есть живой контакт, например, э между двумя ветеранскими организациями. М. Сахара, бывшая ветеранская организация, сейчас партия и АРО есть контакт. По некоторым вопросам эт контакт присутствует. А сейчас в рамках консультативного совета этот контакт уже носит такой уже более официальный характер. Если говорить лично про меня, я практически со всеми, кто занимается активной политикой, так или иначе взаимодействует. Это часть моей работы. А вы говорили про обновление. Вот в руководстве партии Единая Абхазия произошли изменения. Вот дело в том, что не все об этом, может, знают. Алхаз Барзания, новый руководитель. Это бывший мой коллега. Мы в рамках Министерства экономики, когда я возглавлял это ведомство, работали вместе. Он был заместителем торгового представительства. торгового представительства является структурным подразделением Министерства экономики >> посольстве обхази в России, >> естественно, в Российской Федерации. И с того момента мы друга знаем, у нас нормальные доверительные отношения и мы их поддерживаем. Да, есть разногласия, естественно, не без этого, но такой нормальный, живой, конструктивный диалог. и с другими тоже. Ну, абхазское политическое пространство, оно настолько интересное, палитра довольно широкая, но в то же время маленькая. Здесь невозможно не пересекаться или не взаимодействовать с теми или иными у >> аа вопрос в другом. Эффект от этого взаимодействия. Да, вот я выше, о чём мы говорили, консультативный совет, который был создан, и все эти наши там разговоры, общения должны заканчиваться. главным эффектом, позитивным эффектом для нашего народа, для нашего государства. Если этого не будет, то все наши контакты и взаимодействия, они ничего не стоят.

[фыркает] Опять же, вот завершая ответ на этот вопрос, я бы хотел, чтобы мы, вот Алхаз, наш уважаемый ветеран, об этом говорил, как нам избавиться от вот этих жёстких, жестоких противостояний друг с другом. Отчасти это можно сделать, конечно, вот обновлением вот поколение, новое поколение. Всё-таки пускай никто не обижается, наши старшие очень достойные путь прошли и войну прошли, и послевоенное становление в условиях блокады они выдержали невероятное. Но в то же время вот политики старого формата, они накопили друг другу очень много претензий, там и субъективного много присутствует. Я наблюдал несколько раз, когда мы пытались всех посадить за один стол. Ну там взаимные претензии и так далее, много чего накопилось. А вот политики, которые только начинают свой путь, у них такого отрицательного бэкграунда всё-таки меньше. Вот это база такая, на которой можно строить какие-то конструктивные, >> то есть есть возможность выстоять взаимодействие. >> Ну, даже если вот Георгиевич в рамках этого эфира очень часто меня об этом спрашивает. Мой контакт, Георгий, вас интересует моё общение с президентом? Вот это вы часто об этом говорите. Вот мы люди одного поколения, это тоже в какой-то степени нам упрощает вопросы понимания. Но опять же это общение должно приводить к конкретному результату. Мы можем сколько угодно сидеть за столом, поднимать друг за друга осты, ходить друг другу в гости. Если от этого мы же не просто соседи или какие-то приятели, а мы представляем часть общества. Кто-то возглавляет и исполнительную власть, глава государства, кто-то занимается общественной деятельностью. На нас люди смотрят. От нашей работы зависит судьба нашего государства. Вот надо наполняться этой ответственностью. Тогда, я думаю, все преграды преодолимы. >> Ну вот мы обиками говорим, что всё-таки, да, мы смысл один, общество расколото. Это не на самом деле вот из эфира, эфира в эфир я это говорю, транслирую, что меня это действительно тревожит. И нужно обязательно находить, причём радикализируются стороны. Есть совершенно радикальные вещи, да, там которые друг друга смотреть не будет. Это наши граждане, которые сидели за одним столом, пили. Сейчас он и этот раскол может увеличиваться, да, но при этом [откашливается] какие-то движения со стороны там оппозиции и власти я увидел в создании вот этого вот, как он, консультационный совет, да, называется. Охарактеризуй эту работу. Есть смысл в этом. Работает он, не работает? Даже не входят все оппозиционы две встречи. Одна встреча встреча была проведена. Она как бы это такая ознакомительная встреча. Вторая встреча была тоже формальный характерно силы. Это так встреча с с послом. Что позитивного могу отметить? что президент всё-таки старается в равной степени дистанцироваться от как так называемых провластных организаций и то есть он сажает всех за один стол и старается общаться это большой плюс на самом деле мы недавним прошлом имели когда президентов собирал вокруг своих болельщиков он там говорил какие-то вещи они все ему апплодировали в итоге все дружно потом покинули помещение в ноябре 2004 года Ну, это не один раз было подобная ситуация, >> да. Вот сейчас я вижу некую такую попытку выстроить ээ как бы определённый диалог, но здесь тоже очень важны нюансы. Аа мы можем бесконечно сидеть, фотографироваться, говорить на разные темы, какие мы все хорошие, любим родину, но должны конкретные действия быть. Вот парламентские выборы впереди. Это повестка, которая вот приближается с каждым днём. По этим выборам, опять же говорю, пока мы не не видим никакого понимания, как власть собирается к этому подходить. >> Ну не есть же свои кандидаты. >> Ну а как вы, вот я тоже не понял, вы хотите, чтобы вы консолидированно с президентом определили кандидатов по каждому. Это же всё равно какой-то конкуренция должна быть. >> Конкуренция должна быть, но есть разные формы конкуренции. А >> есть предпосылки, что будет здоровая ситуация? Мы должны садиться и определять правила игры, так называемые, да? Если будет повторяться то, что повторялось до этого на президентских выборах, на выборах в местные органы самоуправления, то это приведёт к большой победе. А пока я не вижу того, чтобы мы готовы были от этого как бы отсти. >> Я просто вот пытаюсь понять, что должно произойти. Есть закон. То есть если закон следовать, по сути, не должно быть проблем никаких. Ну а какое должно быть действие со стороны власти дополнительно? >> У нас же ретроспективная оценка будущего, правильно? закону не следовали совершенно недавно, то какие у нас гарантии, что закону будет следовать? Вот форма такая, что я же говорю, уполномоченные лица, президент там кто заниматься будет выборами, должны сесть, хотите открыто, хотите как хотите формально сказать, что вот есть правила игры для всех одинаковые. Выбрал народ, мы по административный ресурс, голтелая критика, анонимщина и так далее, и так далее. Всё, что происходит негативно, это должно уйти. >> Какой-то есть правовой механизм или может какая-то инициатива, на ваш взгляд, которая повысит качество парламента, да? Вот мы ставим пример золотой парламент. Сегодня, ну, откровенно, наверное, можно сказать об этом. Очень часто депутатами становятся или в депутаты идут люди, которые идут туда, чтобы защищать коммерческие интересы свои или >> предлагали. Мы предлагали смешаную систему, прекрасный механизм, когда партия предлагает по списку своих кандидатов. Это международная практика. Вот >> она повысит качество, >> естественно, любая партия захочет в своих как бы списках иметь наиболее уважаемых и достойных людей. Это украшает саму партию и привлекает голоса во всём мире. Так, >> ну вот в публичном поле как будто бы все были за. >> Почему не происходит? >> Ну я у меня нет полномочий, я не не депутат парламента, я не президент, у меня нет законодательной инициативы. >> А планируешь баллотироваться >> в парламент? Конечно, >> я в парламентских выборах Алхаз буду участвовать в любом случае так или иначе >> и в качестве, скорее всего, кандидата, да, есть, скажу так, есть немаленькое количество людей, которые уже сегодня мы общаемся, они, э, как бы выходят с инициативой для того, чтобы я пошёл и представлял их в парламенте Абхазии, потому что, не буду скрывать, это может быть чуть нескромно, но они считают, что э я могу представлять их интерес. >> В каком округе? >> Ну, придёт время, узнаете. Я думаю, что у нас есть законодательные, как вот вы сейчас ссылаетесь на закон, правильно? Вот когда придут ээ когда придёт >> установленное законом время, вы узнаете в каком обы. >> Всё, тебе расскажи, [откашливается] >> какой должен быть депутат парламента будущий. Вот мы сейчас с вами спорим, да, >> мы не спорим, >> о том, что, ну, я высказываю своё мнение. Теперь вернёмся к текущему действующему созыву парламента. Я абсолютно уверен, что, ну, 90% действующих депутатов захотят пойти ещё раз в парламент. >> Кого бы я не хотел видеть в парламенте следующего созыва, уж точно могу сказать, депутата парламента, который в критической ситуации, а которые были у нас до этого, прячется от своих избирателей. Когда, э, Георгий приезжают из сёл избиратели к депутату парламента, который прячется от них, они его ищут, чтобы спросить, как он будет голосовать, а он от них прячется. Вот такие депутаты, и это такой не один, не два, ни три, мы прошли разные периоды времени. Или там собирается его актив, город, значит, избиратели приглашают депутата и не могут до него дозвониться, и он прячется от них. Такие депутаты не должны быть в парламенте. Я больше уважаю тех депутатов, которые были, условно скажем, там за >> открыто защищали свою позицию, отстаивали, открыто [фыркает] высказывали свою точку зрения. Вот не там и не здесь. Ээ, слушай, если ты идёшь в парламент, э, это же ответственность, Георгий. Вот эту ответственность нужно понимать. Она она большая, э, ответственность. Я вот таких безответственных людей в парламенте видеть не хочу. И вот то влияние или какие-то мои возможности, которые у меня есть, вот вы спросили, я буду участвовать или нет. Я буду участвовать не только как кандидат, но я постараюсь сделать так, чтобы на всех округах, где -э у меня есть возможность, я буду стараться сделать так, чтобы вот такие депутаты, которые проявили себя таким образом, они не попали в парламент. Я думаю, что я буду такой не один. >> Честно говоря, подобные вещи они сильно бьют по репутации самого >> депутата или когда мы имеем прецедент, что там в 5:00 утра проводится сессия. Ну что это? Это же на всю жизнь останется в нашей истории, и с этими людьми это будет ассоциироваться. Но что в этом хорошего? >> Так нельзя. Надо думать о последствиях, о будущем. Всегда мы можем, каждый из нас совершает ошибки каждый день. >> А полтора года а прошли с момента избрания Бадргумба президентом. >> Да. >> Может быть коротко, может быть, не коротко, оценка, что плохого, что хорошего. >> [фыркает] [вздыхает] >> Ну, хорошего. Вот я уже выше сказал, что я вижу, что если опять же сравнивать, >> не разделяет, я так понимаю, >> да, старается это делать. Хотя на практике есть у нас моменты, где это присутствует. Но это не всегда зависит от президента тоже. >> Угу.

[фыркает] >> А что плохого? Я вам скажу, что мне не нравится. Я до сих пор не вижу, какие у нас приоритеты. Какой у нас план? Вот давайте возьмём наше правительство. Вот как определить приоритеты того или иного государства? Очень простое упражнение. Берёшь, открываешь сайт правительства, смотришь премьер-министр его замый. Пять вице-премьеров у нас, 15 министерств и так далее по списку. А вице-премьеры, как я, как практики вам говорю, всегда это когда даётся приставка вице-премьер министру, это значит, что вот эта сфера, которой он занимается, она наиболее приоритетная, то есть ей уделяется больше внимания и у него есть больше полномочий. А вы посмотрите, кто у нас сегодня пять этих вице-премьеров. Некоторые вице-преры, по-моему, до сих пор не понимают, зачем они там находятся. Просто там по национальному, по этому признаку, я не о них говорю, там Министерство внутренних дел, на мой взгляд, правоохранительная ситуация полностью провалена. Вот ваш Гагорский район, вы знаете, что там происходит последнее время, и это не только Гагородский район. Аэ криминальные разборки не заканчиваются, ведь задача правоохранительной системы предотвращать в первую очередь. Я считаю, что полный провал. А второе, там комитет по молодёжи и спорту. Да, молодёжи и спорт нам как бы это важно развивать, но на мой взгляд главным ээ приоритетом государства должно быть образование. >> Есть же вице-премьер по образованию? >> Нету. Нету. >> Мая Цибулевского. >> Нет. Есть. Слушайте, есть вице-премьер, есть министр. Я считаю, что министр просвещения должен быть первым вице вице-премьером, если уж по такой логике следовать, потому что поэтому определяется приоритет. Это что получается? Сейчас чуть скучно будет, но это практика. Министр просвещения, получается, должна прийти к своему вице-премьеру, потом они вместе должны идти к премьер-министру, потом >> Да, давайте вот без вот этих деталей вот глобально, да? Чторите, что не нравится. Приоритетов нет. >> Угу.

[откашливается] >> Плана развития я не вижу. Были поручения президента, кстати, год назад. Они были широко освещены. Вот у меня здесь есть справка [вздыхает][тяжело вздыхает] по выполнению этих поручений. Ну а основная часть их не выполнена. Какая-то часть выполнена формально. То есть даже вот этот короткий временной лаг в один год, и то, а на мой взгляд, он провален. Я всегда говорил и буду говорить о том, что нам нужен план развития, нужны реформы, нужны приоритеты. На сегодняшний день есть долгосрочный приоритет, это образование, просвещение. Сюда нужно уделять огромное влияние. Кстати, в этом направлении хочу одну позитивную вещь сказать. Я недавно общался с министром просвещения, и очень хорошую новость она мне сообщила, и вы о ней тоже слышали, что а школа имени Припрямакова Московской области одна из лучших в России, на мой взгляд, вообще даже лучшая школа, потому что там сочетаются современные методы образования зарубежной, западной системы и нашей советской. То есть это уникальное учебное заведение, это элитное учебное заведение Российской Федерации в Одинцовском районе. Они договорились о том, что здесь, в городе Сухом, будет построен филиал. Это потрясающая новость, потому что и более того, из того, что я успел понять из общения с министром просвещения, эта школа будет по тем стандартам, которые есть там, но с учётом нашей особенности, нашей ментальности, то есть абхазская культура, абхазский язык, абхазские обычаи. Угу. >> То есть это то, о чём мы все мечтали. Государство, которое не не формирует свою элиту, оно обречено на провал. Вот это очень хороший такой элемент. Я надеюсь, что это всё быстро произойдёт. Вот. А так в целом, что касается приоритетов, да, их нет. Теперь про сельское хозяйство хочу сказать. говорят о том, что год села, да, текущий год объявлен годом села, само по себе, а-э, так сама по себе неплохая идея, но чтобы на практике происходит, а опять же, понимаете, вот какие-то декоративные шаги, которые м они не дают, не дадут априори не дадут долгосрочного. Сельского сельское хозяйство - это история на года вперёд. Без науки в сельском хозяйстве, да и вообще везде, делать нечего. Как мы можем говорить о развитии силой отрасли, когда институт сельского хозяйства предоставлен сам себе? Это же невозможно. Ещё скажу тебе, то, что характеризует, на мой взгляд, бессистемность. Возвращаясь к Министерству сельского хозяйства, Министерство экономики должно быть вовлечено в эти процессы. Мы говорим о том, что мы будем выращивать те или иные культуры. Есть такое понятие, как маркетинг. анализ рынка, вот потенциальный анализ э рынка - это Российская Федерация, правильно? Соответственно, экономистам должна быть поставлена задача проанализировать рынок Российской Федерации на предмет того, что те импортируемые в Российскую Федерацию культуры, которые потенциально смежно, если работать с институтами сельского хозяйства, потенциально могут произостать в Абхазии и дадут максимальную добавленную стоимость. Вы понимаете, о чём я говорю? Более того, нужно сделать бенчмаркетинг. Бенчмаркетинг - это оценка конкурентов. >> Мы будем глупо выглядеть, если, допустим, мы приедем в какой-то мегамаркет Москвы, увидим там определённый сорт хурмы и скажем: "Ой, как здорово, новая хурма, она стоит 600 руб. Давайте сажать". Мы будем глупо выглядеть, если в то же самое время где-нибудь в Азербайджане 3-4 года назад уже посадили десятки тысяч гектар. И на тот момент, когда мы соберёмся выходить на рынок, эта продукция уже окажется здесь цена. То есть это анализ конкурентов, это такая интересная творческая работа. Вот этой работы я не вижу. По наитию каждому селу миллион руб. Это хорошо, чем ничего. Это, конечно, любой сейчас, кто будет слушать, скажет: "Вот это делается там, это хорошо. Чем ничего? Это тоже хорошо, я согласен". Но если мы говорим о системной работе, которая нацелена на долгосрочный серьёзный результат, то без новых технологий, без новых культур, без новых подходов к экономике результата серьёзного не будет. >> Вот сейчас вы говорите про сельское хозяйство, да, какие-то конкретные примеры приводите, да, что не нравится образование и так далее. Я вот сейчас себя поймал на мысли, как не хватает аа дискуссионного формата, как вот который был ранее, где вот вы сейчас говорите по каждой сфере: "Ну, мы не должны и не можем, да, как-то какие-то детали обсуждать и так далее". Но, ээ, мне кажется, было бы правильно, если бы оппозиционные деятели сегодня могли бы в одной студии, например, обсуждать каждую тему с представителями власти, где они могли бы там свою точку зрения отстаивать. Оппозиция говорила свою бы точку зрения, это в целом бы позитивный эффект имело. И вы сейчас, когда начинаете >> не имело бы это эффект, объясню, почему. >> Ну, было же такое. >> Было такое. Вот мы по энергетике, если вы помните эти знаменитые наши эфиры, где мы по энергетике там спорили, по апартаментам спорили, по энергетике. Вы же помните наши дискуссии в эфире Авхаской, где нам говорили, что всё, вы зря пере в итоге всё, что мы говорили, даже не сказали, всё это произошло в наихудшей форме. Это дискуссиям имеет значение, Георгий, когда по итогам этой дискуссии будет реальное приложение к государственной, а если государственная машина, исполнительная власть в упор не видит общественное мнение и не хочет, >> ну, мы сейчас говорим всё-таки о новом этапе, да, мы говорим о новом этапе. И чем это закончилось? Мы все при >> Я вас когда я спрашиваю, что нравится, что не нравится, да, и вы уходите в детали, которые, ну, мы как бы не сведущие люди в этом вопросе. Мы не можем вещи, ну, вот по сельскому хозяйству хочу добавить. Не, ну есть программа, где мы есть программа в сельхозе, >> есть программа субсидирование в рамках есть хорошая неплохая программа, но я хочу почему я с определённой критикой наших денег. >> Этой программы недостаточно. В этой программе нет науки. Науки, если нет науки, не будет результата. Вот что я пытаюсь донести. Это первое. Второе. Нет последовательной системной работы. Второе, просто раздавать деньги, это тоже лучше, чем ничего. Когда людям субсидируют затраты, это тоже хорошо. Но я переживаю за другое. Я хочу, чтобы был достигнуть максимальный долгосрочный эффект. Без того, что мы, наше село, не сделаем конкурентоспособным, мы это направление не сделаем рентабельным. Соответственно, у нас всегда это будет минусовой баланс. И ээ почему мы так много говорим про село? Потому что это,но притча в языцах. Мы все говорим, что колыбель наших традиций, нашего, ну, это село. Это не только экономическая категория, это ещё и социальная, и политическая, и культурной. Поэтому здесь так много мы внимания, >> да, это очень интересная тема. На нём, правда, можно много сказать. Я просто к тому говорю, что я вот попросил вас в целом оценить, да, и, ну, мне кажется, как будто бы исходя из того, что вы говорите, аа вот вы много концентрируетесь на каких-то критических моментах, в деталях, да, каких-то, а, например, на позитивных вы не остановились вообще. Нет, >> вы сказали просто, ну, президент не разделяет, условно говоря, и на этом, в принципе, >> на каких-то деталях я остановился, потому что я озвучил тезис, что идёт бессистемная работа и привёл ряд примеров. Я таких примеров могу множество привести. >> Давайте я вот хочу вот просто, может, всё-таки вы позитив какой-то назовёте. Вот я просто даже сельское хозяйство у меня тоже ассоциация, я понимаю, а глубокий разговор - это одна история, но ассоциация, вот, допустим, открыли молочный завод, >> да, в Очемчирском районе, это сельское хозяйство, это высоко, я так понимаю, >> ну, это АПК, >> а высокотехнологичное производство, >> так, >> которое в том числе задействует сельчан, там рабочие места получают. Мы имеем возможность потреблять местную продукцию, это понятно, там сырьё, не местное. Вот. Ну, просто такой пример, условно говоря. И если вспомнить прошлое время, но раньше Абхазия и гораздо меньшим гордилась и вставила в пример, да, сегодня тоже есть какие-то вещи, что можно выделить. Например, >> вот прошёл ээ экономический форум, довольно интересное мероприятие. Очень много приехало в Абхазию высших должностных лиц, чиновники, министры. Такого вообще с времён признания я не помню. Экономический форум мы провели. Это прекрасно. Мы ознакомили многих людей, привлекли внимание информационное, в том числе после этого внимания, когда российский гражданин простой обыватель смотрит по новостям телеканалу России о том, что, а, несколько федеральных министров, первый зам главы администрации президента находится в Абхазе, говорят о о развитии экономики этой страны. У кого-то возникает желание поехать и делать там бизнес. приезжает сюда, он не видит здесь замголову администрации президента или нашего президента. Он идёт БТИ, он идёт в администрацию президента. И вот там он попадает в такой водоворот. >> Угу. >> Из которого, дай бог, он выберется через несколько лет. Вот чем нужно заниматься немедленно. >> В двадцать четвёртом году ты заявлял, что отношения между Россией и Абхазией находится на самом низком уровне. Прошло уже пару лет, ну, полтора года. Как оцениваешь эти отношения? >> Ну, самое интересное, что я говорил о том, что нам нужна перезагрузка. И я до сих пор так считаю, что я правильно тогда говорил. Самое интересное, что то же самое было озвучено если я не ошибаюсь, 7 марта, э, текущего года был концерт здесь у нас в столице. и представитель администрации президента, один из начальников управления там выступал, не могу сейчас вспомнить фамилию, такой довольно приятный человек. Он говорил о том, что >> российской администрации, >> да, российской администрации он говорил о том, что наши отношения немножко охладели за последний период, но нам нужно это всё исправлять. То есть я, кстати, приятно был удивлён, что такая трезвая оценка, но [вздыхает][тяжело вздыхает] это ему способствовало целый ряд факторов. Не говоря о себе, нельзя говорить о других. Это всё в большей степени деятельность экспрезидента, который пытался решать свои экономические вопросы. И о всех тех, кто ему противостоял, он пытался очернить какими-то там прозападными и так далее. И, естественно, когда официальное лицо такого уровня пишет докладные записки на своих сограждан, эти эта информация как минимум на серьёзном уровне рассматривается. И когда глава государства приезжает в район и говорит людям, что вам перестанут платить пенсии, если мы не проголосуем там за госдачу ПИСУ и так далее, ну как это может отражаться на в умах и сердцах людей? Вот эти ошибки были допущены. И сейчас, за этот период времени я вижу то, что в России с приходом новой команды людей, ответственных за наше направление, и сделали правильные выводы из того, что было сделано до этого. Опять же, мы говорили выше, что, конечно, далеко не всё ещё исправлено. >> А что именно надо исправлять? >> Ну вот преследование граждан. Об этом надо забыть. это то, что вредит. >> А в целом повестка поменялась, все эти зловредные инициативы отошли назад. Об этом, кстати, они сами говорят, что это было не полезно. А сейчас, как я вижу, э перед нами, перед нашей небольшой страной открыты очень большие возможности. Кстати, такие возможности перед нами были открыты вот в момент после признания. Вот когда этот, э, такой период пышный был. И потом в какой-то степени всё пошло чуть на спад. А вот сейчас такой всплеск. Ну вот мы приводили как пример экономический форум. Ну несколько федеральных министров, губернаторы, главы республик, первый замглавы администрации приехали в Абхазию, город Сухум, обсуждать вопросы развития нашей экономики. Это же огромные возможности. То есть в этом плане нашей сравнительно небольшой стране удивляется очень большое внимание. Этим в хорошем смысле надо пользоваться. Вот я не вижу, я не вижу того, что с нашей стороны всё это вот инициатив инициативности, что ли, я не вижу такой, да, вот от тех уполномоченных органов и структур, м, чтобы всё это использовать, потому что, э, таких шансов в перспективе может и не быть больше. Э потому что это огромная страна. Россия сейчас очень сложный период преодолевает. Дальше тоже может быть обострение, и люди решают свои собственные проблемы. Ну а почему они должны приезжать по всем правительством в Абхазию и сидеть с нами здесь в Сухуми и пытаться нам помочь? Как вам сделать жизнь лучше? Это же наша в первую очередь задача.

[фыркает] Ну а есть такая возможность, люди приезжают, ну используем, давайте её не только на словах, но и на деле, да, есть транспортная инфраструктура. Вот поезд пошёл там на границе сейчас, >> да, >> ведутся работы, аэропорт заработал. И самое главное, что меня искренне радует, хочу вам сказать, что в информационном пространстве Российской Федерации, а очень позитивная идёт информация про Абхазию. Ну давайте мы здесь открыто можем говорить, идёт такая откровенная, в хорошем смысле, реклама Абхазии, как курорт. Да, >> это огромный импульс для развития нашего туристического сектора и вообще экономики в целом. Но если вернуться опять же вот к тем вопросам, когда идёт реклама, когда высшие должностные листы говорят, что Абхазия - это наш союзник, приоритет, давайте здесь на месте мы должны на с опережением работать, понимаете, а не просто бегать хвостом и какие-то цеплять инициативы и то до конца не доводя. Вот за что я переживаю и почему я так переживаю, Георгий, я вам скажу. Алхаз 2008 год признание. После этого с 2010 года Абхазии оказывалась финансовая помощь. Существенная финансовая помощь, аэ, больше 1 млрд долларов. Ну эти деньги растворились, а-э, в разного рода проектах. Тогда тоже не было приоритетов. Тогда тоже не было плана. В итоге, где у нас была возможность полностью в рамках этих возможностей, которые тогда открылись, исправить ситуацию хотя бы в энергетической отрасли, мы бы сегодня не имели бы этих проблем. Мы не говорили бы о том, что у нас сегодня дефицит, если бы тогда воспользовались грамотно этой возможностью. И поэтому я примерно то же самое, а я не хочу, чтобы повторилось в этот раз. Я поэтому переживаю. А то, что есть потепление, то, что есть понимание, то, что, >> а, откровенно говоря, люди уделяют Абхазии намного больше внимания, чем это было, это факт. Это факт. Другой момент, что мы сами способны предложить, что мы на что мы сами способны. Вот в этом проблема. >> А какую роль видите Сергея Владиновича Кирьенко? Ну я же уже отмечал выше, что человек, во-первых, давайте, ну, скажем, как есть, есть определённые возможности у каждого чиновника. Там есть ряд руководителей Российской Федерации, и у всех у них разные возможности. Насколько я вижу, у этого человека довольно серьёзные возможности. В рамках этих возможностей он делает всё для того, чтобы помочь Абхазии [фыркает] и привлечь к этой работе как можно больше федеральных руководителей. Это такого, ну, давайте вспомним, мы же здесь живём прошлые периоды, а давайте вспомним 2020 год тире 2025 год. Сколько федеральных руководителей приехало за эти 5 лет в Абхазии? Министр спорта приезжал, министр экономического развития пару раз приезжал. А на моей память это всё. А сейчас за полтора года, опять же, когда люди приезжают, у наших чиновников, высших руководи есть возможность вот так сесть за чашечкой кофе, обсудить конкретные вопросы. Уверяю вас, я знаю ситуацию в России. Не у всех губернаторов, не у всех руководителей регионов есть возможность сидеть с министрами и пить кофе каждый раз, когда они захотят. А у нас есть такая возможность. И это всё благодаря тому, что, э, вот новая команда. Опять же здесь я не могу не сказать о нашем народе. Если бы наш народ ээ в 2024 году и в целом за период до 2024 года ноября не встал бы на защиту своих интересов коренных, всего бы этого не было. Никаких изменений бы точно не было бы. Если бы вся та повестка, которую предлагали, она бы прошла молча, тихо, нас бы никто не вспомнил. Абхазский народ мужественно отстоял свои интересы, коренные интересы. И абхазский народ, который, кстати, очень дружествен к российскому народу, а он встал и защитил свои интересы, обратил на себя внимание. Это заслуживает уважения. И это уважение я вижу со стороны этих руководителей. Ну вот, если говорить о развитии отношений Абхазии и России, да, вот я вспоминал тоже с некоторыми гостями в этой студии договор 2014 года, да, он уже больше 12 лет назад был подписан, получается, да, в 2014 году. И 10 лет прошло, тогда были как раз события политические. Вот какую-то ревизию не была проведена, не были подведены никакие итоги, автоматически он пролонгировался. Да. Вот как вы можете оценить, да, вот эти 10-12 лет этого договора и что дальше? Нужен, нужна ли его доработка, либо какой-то новый договор, либо какой-то новый виток взаимоотношениях с Россией нужен? >> Договор достаточно хорошо проработанный, причём его принимали, как вы помните, тоже здесь было определённое противостояние. И, кстати, люди, которые нас в недавнем прошлом обвиняли в том, что мы прозападные, антироссийские, сами перекрывали границу. чтобы этот договор не не подписывали. А если уж говорить конкретно, но сам договор этот стал базовым договором после признания 2008 года 2009 года соглашения. После него, в 2014 году это некий такой базовый документ, который затрагивал и экономические формы взаимодействия, социальные и иные. Конечно, время идёт вперёд. Идёт вперёд. И я уверен, что потенциал этого соглашения мы не отработали в полной мере. Есть ещё много о чём там говорить. Но, Георгий можно вспомнить и про другие соглашения. У нас целый ряд соглашений, которые не исполнены. Вот если вернуться к обороне и безопасности, у нас есть в рамках подписанных соглашений, например, вот приведу пункт, о совместных усилиях по укреплению государственной границы по реке Ингур. Ничего не сделано ни с нашей стороны, ни со стороны Российской Федерации, а объединённая группировка войск. В этом направлении тоже мало проработаны вопросы. По экономике, если говорить, у нас есть соглашение о взаимной защите инвестиций. В этом направлении тоже нужно посмотреть, что реально беспокоит инвесторов Российской Федерации. Не тех, кто здесь хотел там создать индивидуальный для себя какой-то климат, а вообще нормальных бизнесменов. И не обязательно это должны быть миллиардеры. Могут быть это просто люди, которые могут вложить 10 млн рублей, условно, там 20 млн. Надо общаться с ними, посмотреть на те правила и стандарты, которые есть в Российской Федерации. Можно их имплементировать. Здесь, кстати, система, сфера обслуживания со стороны государства в Российской Федерации, вот этот система МФЦ, мои документы, которые ещё несколько лет назад здесь объявляли, что она у нас будет работать, так и ничего и не сделано. Вот эта система считается объективно самой лучшей, эффективной в мире. Вот. Вот, пожалуйста, давайте интегрировать сюда. Да, в России, которая Да, это мы ей все пользуемся, мы же граждане России. Это невероятно удобная система. >> Что касается налогового администрирования, в России выстроенна одна из самых эффективных систем. Это это реальность. Вы можете посмотреть во всех опросах.

[фыркает] В России есть ээ определённые критерии оценки инвестиционной привлекательности тех или иных регионов. А вот на форуме в Санкт-Петербурге ежегодно, если мне не изменяет память, определённый рейтинг присваивается тому или иному региону, э, классификация, это же тоже хорошо. Ну я же говорил выше о том, что вся экономика на местах, это в районах. >> В сентябре в Российской Федерации пройдут выборы в Государственную Думу, [фыркает] и в том числе выборы пройдут на территории Абхазии. граждане, э-э, Абхазии и одновременно России могут участвовать в этих выборах. Вот ваше мнение, аа значение этих выборов вообще для граждан Абхазии и должны ли граждане принять участие в них? >> Ну, слушайте, вот сейчас по всей Абхазии висят плакаты голос Абхазии важен для России, правильно? >> Да. Но если Россия, которая оказывает нам такую огромную поддержку все эти годы, если с нашей стороны, если есть такой посыл, что наш голос важен для России, неужели сложно пойти и проголосовать, если действительно это так важно? А это важно, потому что, э, во-первых, ну, мы все граждане России в большинстве своём, если предоставлена такая возможность. Я помню, в прошлые периоды вот были проблемы с количеством участков и так далее. Насколько я вижу, сейчас более системно к этому подходят. Ну, конечно, надо пойти и проголосовать. Почему нет? Если а это же не так сложно, да, сделать. Если люди говорят, что это важно, и проявить в этом смысле свою активность, я считаю, что надо пойти и проголосовать. А за кого голосовать, это тоже отдельный вопрос. Я сейчас не имею права здесь заниматься агитацией, но тоже надо посмотреть ретроспективу. >> Бы разные силы политические в истории Абхазии, но ты это помоложе. Мы вот с с Алхасом помним и блокадные времена и пост, значит, блокадный, когда пришла новая команда. Как бы мы же должны тоже для себя понимать, какая политическая сила настроена на >> то, чтобы помогать Абхазии, какая политическая сила признала независимость Абхазии. Это же тоже разные команды, разные взгляды. Поэтому здесь тоже, я думаю, особо у нас-то выбор небольшой, надо всё понимать. >> Мы говорили долго взаимоотношения с Россией, это стратегический партнёр, но в Турции произошло событие в парламенте Турции, да. И к этому можно относиться по-разному. И относятся люди по-разному, что-то транслируют своё. На мой взгляд, это очень знаковое событие, когда 30% парламента Турции подняло вопрос о деизоляции Абхазии, да? То есть там не стоял вопрос о признании, там и были разные мнения по по мотивам этого выступления, да, это, как казалось, в основном оппозиционные партии.

[тяжело вздыхает] Но, ну, предворяя ваш ответ, я, например, говорю, что, как говорил один из китайских мудрецов, значит, Генсеков, он говорил: "Неважно какая, какого цвета кошка, главное, чтобы мышей ловила". Да. Но ваше отношение к к этой инициативе, что это вообще было, на ваш взгляд? Алхас, ээ, твой покойный родственник Геннадий Леонидович Гагуля про кошек и мышей мне один раз тоже рассказал выражение. Он сказал: "Когда ты пытаешься играть в политические кошки-мышки, я не >> будь уверен в том, что мышка - это не ты". Поэтому когда мы говорим о этом вопросе в таком Да, конечно, это позитивный сигнал. И, кстати, мы сделали заявление по этому поводу нашей организации. Сам по себе сигнал позитивный даже в том, что даже, как некоторые отмечают, что это элемент внутриполитической борьбы для привлечения нашей широкой, естественно, там огромная диаспора >> э для привлечениях голосов. Ну, даже если это так, это уже позитивно. То есть это роль изначения нашей диаспоры, которую, кстати, мы очень слабо используем и не только в Турции. Но это огромная отдельная тема. Вот поэтому это позитивный сигнал. Мы его так оцениваем. Но опять же поступки, дела, слова - это хорошо, одобряем, приветствуем, но дела. Вот Россия в 2008 году взяла и установила дипломатические отношения с Абхазией, признала нашу независимость. Вот это поступ. >> Там оговорочка была, по-моему, если не ошибаюсь, то ни о каком признании речь не идёт. >> Поэтому, когда политики об этом говорят, чтобы привлечь Колоса, опять же говорят, тоже хорошо, что значит это тема Абхазии, доизоляции Абхазии в это уже обсуждается, и это позитивная повестка, чтобы привлечь голоса. Но я очень надеюсь, что это не останется просто словами. От Гурарзмба 2024 года и от Гурарзмба 2026 года. Что бы вы сегодняшне посоветовали бы тамошнему? >> Хороший вопрос, сказать. Я не думал об этом. Но это вообще слишком маленький временной лаг. Это я не сильно бы поменялся. >> Ну события немалозначимы прошли. Во-первых, выборы. >> Да, >> они же тоже наверняка какой-то >> выводы из выбора. Какие ошибки допустили? Какие? >> Слушайте, да, конечно, мы допустили целую массу ошибок, но это не не факт, что если бы я тому сказал бы, не допуская этих ошибок, а не допустив других ошибок. Ошибки - это часть любого процесса. >> Не факт, что он послушал.

[смех] >> Я вам так скажу, довольно интересный период времени. Я считаю, что мне повезло. Мне повезло в том, что я искренне говорю, что абзский народ, часть абхазского и не маленькая часть абхазского народа, а она доверила мне вот эту ответственную миссию. Это большая, огромная честь. [фыркает] А выше этого Алхаз ничего нет. И любые препятствия и преграды они мелочь по сравнению с этим. Когда служить своему народу - это не пафос, это реальность. Если искренне от души, нет никаких препятствий. И это самая высшая честь. Поэтому, что бы я посоветовал >> тамышнему, >> тамошнему, я бы посоветовал не сомневаться, потому что в человек всегда сомневается, когда перед тобой огромные трудности. Алхас, мы так к этому говорим об этом легко. Вот, например, когда люди зашли в здание в ноябре двадцать четвёртого года, кто-то говорит, что -э не надо было заходить, кто-то говорит: "А что было бы, если я не зашёл бы? Кто-то должен был взять ответственность на себя. Там были другие политики. Мы все вместе, а вместе с тем, что мы как бы добились определённой задачи и цели. С одной стороны, с другой стороны, мы все эти дни на я спал там в этом здании трое суток, чтобы люди не столкнулись между собой. И это тяжёлый период. Потом выборный процесс. Естественно, любой человек сомневается, когда, особенно наши последние президентские выборы, они уникальны, они интересны, они насыщенные были, >> они всегда, да. >> А, но эти выборы были особенно интересны, потому что, >> а, наша команда >> столкнулась с таким и, скажем так, с таким интересным, серьёзным, оппонентом, а, который имеет большое количество ресурсов. И когда у тебя это в любом деле, когда у тебя оппонент очень серьёзный, это тебя самого >> мобилизует, >> очень сильно мобилизует. Уверяю вас, если бы не было такого, может, выборы прошли бы очень скучно. А тут вот они прошли таким образом. >> Честно говоря, мечтаю о скучных выборах во все органы власти. >> Ну мы же сейчас говорим про личность, про восприятие. Вот как бы, да, я тоже мечтаю, чтобы в нашей стране, как в Швейцарии, были скучные выборы. >> Всё скучно, политическая жизнь была с жизнь хорошая. >> Вот. Но, но если мы говорим о том, что было тогда и сейчас, да, это такой очень интересный период, где я ещё больше стал уважать свой народ и с огромной гордостью воспринимать, что я являюсь частью этого, может быть, небольшого по численности, но с огромным духом и сердцем народ, который невозможно напугать. Как бы кто не старался, а с таким духом в сердце мы обречены на успех. Я абсолютно уверен, что у нас всё получится. Те вот недоразумения, неприятности, в том числе и в отношениях между Абхазией и Россией, они все преодолимы. Я уверен, что, слушайте, мы сейчас говорим о каких-то там случаях, они неприятны. Действительно, у нас мы был период, когда вся страна была в плакате. Ээ да, >> да. >> Ээ 67 лет мы находились в блака вся страна. Сейчас мы говорим о том, что там несколько человек не могут выезжать там, да, тут вся была страна. И даже тогда Владислав Григорьевич Арзнова, за что я ему всегда буду благодарен, это был наи великий, мудрейший человек. Он всегда говорил, что мы должны ориентироваться на союз с Российской Федерацией. Придёт время, поменяются люди, придёт понимание. И он был прав. Хотя вы помните Алхаз, когда сколько было разных предложений сюда делегация за делегацией, но мы со своего пути не свернули. Не, >> а все эти недоразумения, >> которые происходят, они часть процесса, как и с нашей стороны есть ошибки, и там есть ошибки. Я уверен, что всё будет хорошо. Главное быть бдительными. Время очень опасное. Оборона и безопасность буду повторять бесконечно. Ну что, хочу сказать спасибо за сегодняшний эфир, за то, что сегодня вы пришли к нам, чтобы разговор состоялся обстоятельный по всем по вопросам, которые нас интересовали. Вот. Единственное, конечно, [откашливается] хочется сказать, что мы говорили о приоритетных задачах, об обороне, об образовании, но это всё ходи исходит из одного приоритета. наш суверенитет, наша независимость. Вот если это будет главным ориентиром, всё остальное призвано, призвано обслуживать именно этот приоритет. Других вариантов, вот вы сегодня 20 раз сказали про меня, напомнили про мой возраст, вот, во всяком случае, моё поколение, оно другого не приемлет. Мы слишком многих положили за эту землю, и благодаря им сегодня находимся на этой земле. Вот это я хочу сказать всем без исключения политикам, которые находятся по обе стороны. Спасибо за эфир, за то, что пришли. Надеюсь на это следующей встречи. Спасибо вам, друзья. Я думаю, что мы, может, и долго, но откровенно поговорили, ответили на какие-то вопросы, если что-то упустили. Ну, я думаю, у нас будет возможность ещё встретиться. А что касается суверенитета, Алхас, это не только ваше поколение, это и более молодое поколение, и молодёжь, подрастающее поколение. Я со многими общаюсь, другого пути, а как строительство независимого суверенного абхазского государства в Абхазии, во всех поколениях никто не видит. Если кто-то мыслит по-другому, э-э, это будет их ошибкой. Но все мы выступали, выступаем, будем выступать за это. И, в принципе, этому и посвящена наша беседа, чтобы укреплять этот суверенитет, чтобы делать наше государство менее уязвимым. Сегодня наше государство, оно уязвимое, давай будем откровенно говорить. И вот, чтобы вот исключать эти точки, слабые точки, нужна и системная работа, и выстраивание приоритетов, и консолидация в обществе, и оборона, чтобы сохранить территорию. И язык, вот Георгий, ты затронул, и культура, что не неважно, потому что знание одного языка не делать тебя абхазом. Вот и парламентские выборы, которые предстоят качество, содержательная часть этого органа, немаловажно. Всё это, как правильно было сказано, Алхас, это всё для того, чтобы сохранить, укрепить и передать. Спасибо вам. >> Спасибо за интересную беседу. История государственной [музыка] називаноческий союз